«Девочки играют за 100 тысяч тенге». Вратарь сборной Казахстана рассказала о проблемах футбола

«Девочки играют за 100 тысяч тенге». Вратарь сборной Казахстана рассказала о проблемах футбола

Сборная Казахстана по женскому футболу проиграла оба матча в квалификации чемпионата мира 2023 года — 0:3 Уэльсу и 2:3 сборной Греции, передает Prosports.kz.

Между этими играми вратарь национальной сборной Казахстана Ирина Саратовцева в эксклюзивном интервью сайту Sputnik Казахстан рассказала об упадке интереса к женскому футболу в Казахстане и проблемах местного футбола.

— Ирина, давайте начнем разговор с матчей сборной Казахстана. Можно ли сказать, что каждое набранное очко в квалификации к чемпионату мира 2023 года — это успех?

— Смотрите, с Францией и Уэльсом набирать очки тяжело, но играть достойно и побеждать в матчах со Словенией и Грецией — вполне достижимая задача. У некоторых девочек есть травмы после игр в чемпионате, но если выложиться на 100%, то можно добиться успеха. Так что задача по набору очков в группе у нас стоит.

— Как так получилось, что вы оказались в футболе?

— С четырех-пяти лет я бегала во дворе, играла с мальчиками в футбол. В 2002 году мы переехали в Астану (сейчас Нур-Султан) — папа увидел, что на «Тарлан Арене» в футбол играют девочки. Папа, зная мое сильное желание играть в футбол, отдал меня в секцию. Я начинала играть в поле, но тренер, увидев, как быстро я расту, решил попробовать меня в воротах, и не ошибся. С 15-16 лет я стала играть за национальные сборные всех возрастов. Тогда стала сильно прогрессировать. Сейчас по правилам УЕФА можно играть за один возраст своей сборной, а я в свое время и за U-17, и за U-19, и за национальную команду ездила на сборы.

— Если сравнить условия в вашем детстве и сейчас, наверняка у нынешних детей есть больше возможностей?

— Сейчас стало гораздо лучше с инвентарем — поля, мячи, экипировка, все это есть у девочек. Раньше было несколько мячей, фишки и манишки — только на этом и росли. При этом в наше время было больше команд, если мы берем СДЮСШОР. У нас было больше туров, и более стабильную практику получали.

Сейчас же в юношеских женских командах большие проблемы с финансированием. Я же помимо того, что игрок, работаю тренером по возрасту U-17. Целый сезон готовила своих девочек — но за год мы ни разу не сыграли официальной игры. По U-19 провели один тур, сейчас вроде планируется второй. У них нет практики, только тренировки и товарищеские игры с мальчиками — соответственно игроки у нас не растут. Из 15-16 человек можно выделить двух-трех, у которых более-менее есть перспективы. Дохленький у нас сейчас отбор в женском футболе.

— Как, на ваш взгляд, переломить ситуацию в женском футболе?

— Девчонок много, которые хотят играть в футбол, но у нас его не продвигают. Нет рекламы, информации о командах, не говорят о перспективах и возможной карьере за границей. У нас в Казахстане нет перспектив развивать игрока в женском футболе, поэтому родители не считают это серьезным занятием для девочек. У меня в команде девочки в этом году заканчивают 11-й класс в школе, и только две-три пойдут дальше строить футбольную карьеру — остальные бросают футбол. У девочек нет мотивации.

— Отчасти это же связано с тем, что женский футбол менее зрелищный и интересный, если мы сравниваем его с мужским. Из-за отсутствия зрительского интереса нет и продвижения, и финансирования.

— Это замкнутый круг получается. Интерес зрителей и построение инфраструктуры — это очень сложный вопрос, на который просто так не ответить. У нас очень слабый чемпионат Казахстана по женскому футболу — только «БИИК-Казыгурт» выступает в Лиге чемпионов каждый год и становится чемпионом страны. Но у них отличное финансирование, шикарная база, играют качественные легионеры.

Если бы у нас похожего уровня было бы 8-10 команд, мы с Уэльсом сыграли бы вничью, а может и выиграли бы. Это такой большой ком, который нужно по ниточкам распутывать — это не одного часа разговор. Нам нужно сделать большой акцент на развитии детского женского футбола. На весь Казахстан — пять профессиональных клубов. Это очень мало — отсюда мало игр, мало практики и ноль интереса к женскому футболу в Казахстане.

— Значит ли, что талантливым девочкам нужно уезжать за границу?

— Да, только так. Я доросла в Казахстане в свое время до определенного уровня и понимала, что здесь больше не могу развиваться. Поэтому я уехала в Россию и шесть лет играла в российском чемпионате. Становилась трехкратным чемпионом России в составе «Звезда-2005». Хотя российский футбол тоже не очень высокого уровня, если сравнивать его с европейским. Но между Казахстаном и Россией вообще пропасть — как и по уровню игры, так и по освещению жизни команды. Когда жила в Перми, то на наши матчи ходили очень много людей — в городе все знали, когда играет «Звезда-2005». Я ходила на радио, давала интервью — в школу ездили, давали мастер-класс. На этой волне появилась академия — пошли много девочек на отбор в секцию. А мы в Казахстане даже набор не можем сделать, не говоря уже об отборе.

— В вашей карьере была испанская команда. Как вы там оказались?

— Я в Испанию уехала в аренду. Когда я приехала в Россию, клуб решил отдать меня в Испанию за игровой практикой. Там чемпионат делится по регионам — в каждом регионе по 8 команд. Из региона две лучшие команды проходят дальше. В Испании техничный футбол, очень много импровизации.

— Также вы поиграли под руководством Александра Григоряна. Что можете сказать об этом специалисте?

— Он — эксклюзивный человек, один такой во всем мире. Он хорошо чувствует энергетику команды, находил отдельный подход к каждому игроку. Кому что сказать, кому лучше вообще ничего не говорить. После его слов перед игрой всегда мурашки. Я сейчас вспоминаю, и у меня мурашки бегут по телу. Мне жаль, что всего год с ним поработала — в 2009 году он вывел «Звезду» в финал Кубка УЕФА, но там проиграли, и его уволили. Я тогда не поехала на еврокубки, потому что вызвали в сборную Казахстана, но тогда по уровню был самый крутой чемпионат России. Мне было на тот момент 19 лет, но я в каждой игре выходила на второй тайм, вне зависимости от результата. Он верил в меня, доверял — первый тайм играла Надя Баранова из Украины, второй тайм всегда я играла.

— В России он известен яркими высказываниями, иногда на грани фола. Внутри команды было также?

— У него очень классное и необычное чувство юмора. За ним можно было ходить с блокнотом и записывать. Местами он мог сказать грубо и обидно — некоторые девчонки даже плакали. Я когда приехала на просмотр в Турцию, первое, что он сказал, когда меня увидел: «Это, что за кинг-конг приехал в команду»?

— Обидно было?

— Вначале было непонятно, что за приветствие такое. Потом начала присматриваться, и мы сработались. Он мог жестко «напихать» игроку, но в конце он всегда говорил такую фразу, благодаря, которой снимал напряжение и все обиды улетучивались. Иногда бывал очень строгим и хмурым — даже пошутить было страшно. На мой взгляд, он очень интересный и эрудированный человек.

— В женском футболе есть тренеры-мужчины. Насколько реально, что женщины будет входить в тренерский штаб мужских команд на постсоветском пространстве?

— Почему нет? (улыбается). Я бы с удовольствием поработала с мужчинами. Но есть момент сексизма, мол, чему ты будешь меня учить. Я с этим каждый день сталкиваюсь. Даже в спортивной школе, где я работаю, коллеги-мужчины всем видом показывают: «молодая, еще и баба — чему ты можешь научить». Это больше тренеры старой школы — сейчас футбол становится более гибкий.

В Европе нет такого разделения — до 12 лет мальчики и девочки тренируются вместе. Если мальчик на тренировке треснул девочку — никто не скажет ему: «ты же мальчик, нельзя обижать». Девочка заслужила — получи. Также и девочка может «напихать» или ударить мальчика — это нормальное явление.

У нас наоборот все, немного другое воспитание. Хотя сейчас мы у себя в школе практикуем такой подход — девочки играют с мальчиками. Девчонки стали быстрее думать на футбольном поле, а мальчики берут от них бесстрашие и храбрость. Некоторые думают, если девочку ударить на поле — она ляжет, и будет плакать. Но это не так — девочки наоборот всегда играют до конца. У нас просто веками выработан менталитет и статус женщины — тебе туда нельзя, сюда нельзя. Но это можно потихоньку менять — сейчас уже женщина судит мужской футбол. Потом можно женщину взять в тренерский штаб в мужскую команду. Думаю, что лет через 10-20 женщина в футболе будет нормой.

— Вы закончили игровую карьеру, но в этом году снова играете за сборную Казахстана. Как так получилось?

— Чисто случайно возобновила карьеру в этом году. Я выставила на чемпионат свою команду, и у меня был один вратарь всего. Я заявила себя вторым вратарем. Как раз на Кубке Казахстана травму получает мой единственный вратарь — пришлось мне доигрывать Кубок, еще на чемпионат сыграла шесть игр. Поэтому Калоян Петков (тренер женской сборной Казахстана по футболу — Sputnik) увидел, в какой я форме, и предложил мне поехать на товарищеские матчи с Арменией.

Став играющим тренером, я как будто бы раскрепостилась, нет дополнительного груза ответственности — поэтому играла на кураже. Я закончила карьеру, потому что со спиной проблемы, поэтому не могу тренироваться регулярно. Мне мое здоровье важнее, поэтому перешла на другой уровень.

— Насколько зарплаты в женском футболе меньше, чем в мужском в Казахстане?

— Зарплата в женском футболе в Казахстане среднего игрока — 100 тысяч тенге.

— Как тогда жить?

— В этом и вопрос. Никто не хочет давать большие зарплаты, а у девочек большое желание играть. В 2019 году много хороших игроков закончили карьеру из-за того, что зарплаты от 100 до 150 тысяч. Очень редко кто получает 200-220 тысяч тенге.

— В России ситуация лучше?

— В России хорошие премиальные. Выиграла игру — приехала домой, вечером упали премиальные. Зарплата в Москве может быть 100 тысяч рублей, в регионах 50 тысяч рублей. Но там хорошие премиальные за игры, плюс бонус за чемпионство. Все футболистки ездят на хороших машинах. У нас даже думать об этом нереально.

— Как живут у нас девочки? Родители помогают им сводить концы с концами?

— У нас девчонки даже с этой зарплаты помогают родителям — у кого-то родители пенсионеры, у кого-то неблагополучная семья и так далее.

— Надя Карпова рассказывала, что, даже играя в Испании, ее основной доход — это рекламные контракты, а не зарплата в клубе. Насколько реально зарабатывать футболисткам рекламными контрактами со спортивными брендами?

— Давайте логически. Вы — представитель спортивного бренда, вам нужно найти амбассадора. Вы возьмете раскрученного игрока из «Астаны» или «Кайрата» или девочку из сборной Казахстана, которую знает полторы тысячи человек? Вот и ответ на вопрос.

Надей Карповой занимаются агенты, поэтому она известна. У нее есть агент, который ее продвигает. Поэтому и есть рекламные контракты.

— О чем вы мечтаете?

— Я очень люблю футбол. Я мечтаю, чтобы в Казахстане начали развивать не только женский футбол, но и детско-юношеский. Чтобы было больше возможностей, полей, секций, чтобы дети не в телефоне сидели, а коммуницировали между собой, пусть даже и при помощи футбола.

Прямая трансляция четвертьфинальных матчей Кубка Казахстана

«У «Тобола» не получилось одолеть «Тараз» на классе, «Кайрат» не теряет уверенности, а у «Астаны» прекрасные шансы на чемпионство»

«Под диктовку костанайцев судья дает желтую Сейсену». Пресс-служба «Тараза» нервно отреагировала на работу рефери в матче с «Тоболом»

Источник: sputnik.kzОшибка в тексте? Выделите и нажмите Ctrl+Enter
0
Комментарии 0